14 декабря 2002

Алиса сошла бы с ума или Размышления о сёги

Многие интеллектуальные игры окружены мистическим ореолом, целиком оправдывая представление о себе как о неких параллельных мирах, или, говоря более современным языком, – виртуальной реальности. Например, древнейшая китайская игра го использовалась поначалу для гадания по звездам, а комплекты шашек археологи зачастую находили в гробницах знатных египтян, не представлявших потустороннего существования без любимого развлечения. Шахматная доска вообще произошла от магических квадратов, а в саму игру любил на досуге сразиться божественный любимец индусов Шри Кришна.

Японские шахматы сёги тоже отличаются необычным происхождением. Их окончательный вариант был введен в 16 веке императором Го-Нарой, а император в Японии персона священная. Это еще и верховный жрец религии синто.

Действительно, при первом знакомстве с сёги кажется, что это плод не человеческого разума. В сёги почти любая фигура, почти каждое действующее лицо удивительного мини-спектакля претерпевает всевозможные метаморфозы – усиления, ослабления, карьерные взлеты и реинкарнации. Создается навязчивое впечатление, что такая игра под стать не столько нам, людям, сколько марсианам или жителям Альфы Центавра. И остается только догадываться, что бы случилось с Алисой, если бы Льюис Кэрролл списывал свое Зазеркалье не с европейских, а именно с японских шахмат. Бедная девочка, удивлявшаяся захватившим ее стремительным изменениям, наверняка сошла бы с ума в мире сёги, и забавная детская сказка стала бы тогда кассовым психологическим триллером.

Изучая сёги, все явственнее видишь истоки технического гения японцев. Фигуры в японских шахматах только кажутся неказистыми. Их энергия, подобно сжатой пружине, с яростной силой высвобождается по ходу партии. За патриархальным средневековым дебютом, где генералы еле таскаются по почти бескрайней доске, а короли-феодалы спешат укрыться за крепостными стенами родовых замков, неотвратимо следует ренессанс миттельшпиля и глобализованный мир эндшпиля, когда массы фигур, попадая на руку, могут мгновенно переместиться на любую клетку. Это не сравнить даже со спутниковой связью.

Будучи уникальным логическим механизмом, сёги не лишены внутренней живости и непредсказуемости. Я бы даже сказал, что сёги это игра торжествующей асимметрии. Во-первых, моральный кодекс самурая запрещает многим фигурам ходить назад вообще или затрудняет их отступление, что делает их ходы несколько чудаковатыми. Во-вторых, обилие неоднородных разменов превращенного и не превращенного материала на материал или, что характерно для эндшпиля, на скорость создает постоянный дисбаланс, придающий игре особый колорит. Как это не похоже на роковой порядок европейских шахмат, где все идет чинно и по ранжиру, уже приближаясь к своей энтропии – ничейной смерти.

Сегодня сёги – это целая субкультура, охватившая многие страны мира. Это увлекательный и полезный досуг, призванный сближать совершенно разных людей, ищущих интеллектуального общения. Это универсальный язык, состоящий из десятка-другого иероглифов, выучив который уже не умрешь со скуки. Это еще сотня таких это...

Сыграйте пару раз и вы сами ЭТО поймете!

Сергей Корчицкий
член Союза российских писателей


 

Оставить отзыв | Комментарии (0)